lunatik_l (lunatik_l) wrote in calipsyashci,
lunatik_l
lunatik_l
calipsyashci

Categories:

БАБА ЯГА (ещё один взгляд на возникновение образа).

"На море-океане, на острове Буяне лежит бел-горюч камень Алатырь, на камне светлица, в той светлице красная девица Матерь Божия с двумя сестрицами, они прядут и сучат шелковую кудельку". <...>
В этом русском заговОре явственно прослеживается гиперборейская подноготная. ОдновремЕнно, налицо древнейшее происхождение образа Богоматери, слитого с эзотерической и судьбоносной Пряхой. Плюс тройственное бытие богинь. В дальнейшем мифологема трех прядущих Дев Судьбы трансформировалась в устойчивый фольклорный образ.
Пушкинские "три девицы под окном пряли поздно вечерком" - это всё оттуда.

Однако, нас интересует вопрос о многоликости Великой богини, о совмещении в одном лице двух начал - доброго и злого, светлого и темного. Классический пример - русская Баба Яга. Это типичный пример того, как эволюционирует в течение тысячелетий и в процессе смены мировоззренческих парадигм представление о былых кумирах. Баба Яга чуть ли не самый популярный сказочный и одновременно "очень трудный для анализа персонаж" (Б.Пропп). Для правильного его осмысления необходимо четко отделить архаичные черты древнего божества от современных представлений, укоренившихся под влиянием книжных иллюстраций, театральных, кинематографических (включая мультипликационные) и иных клише.
Конечно, Баба Яга старая, конечно, страшная, конечно, злая, конечно, летает в ступе. Убежище Бабы яги окружено частоколом с черепами, в которых светятся глазницы: об этом подробно повествуется в одной из самых архаичных сказок о Василисе Премудрой. Но сказанным вовсе не исчерпываются многообразные функции колоритного фольклорного образа. Из сказок хорошо известно, что Баба Яга не только охотится за маленькими детьми, чтобы их изжарить, съесть и покататься на обглоданных косточках, но и нередко помогает главному герою совершить подвиг. Читателя или слушателя постоянно преследует мысль, что в разных сказках речь идет о совершенно разных персонажах. Так оно и есть на самом деле! Просто в памяти поколений произошло расщепление образа матриархальной владычицы, которая изначально совмещала в себе черты воительницы, дарительницы и одновременно - похитительницы, душегубки и людоедки.
Вспомним ещё раз Великую богиню Деви, раздвоившуюся на благостную Уму и вредоносную Кали, увешанную человеческими черепами.

Местопребывание русской Бабы Яги тоже окружено частоколом с такими же человечьими черепами. Одновременно Баба Яга - сподвижница богини Судьбы: её основное занятие - прясть кудель и очерчивать будущее тем, кто завоюет её благосклонность.
На Севере говорили так: "Сидит огромная баба на печке и прядет, голова у неё, как бурак, титьки, как ведра, глаза, как солонки". Образ, безусловно, не слишком привлекательный, но никто ведь и не утверждает, что Великая богиня была изящной красавицей. К тому же, критерии и эталоны красоты в первобытном обществе были совершенно иные, нежели теперь.
Это уже впоследствии образы богинь, в особенности античных, идеализировались не без помощи поэтов, художников и скульпторов. В действительности те же античные Богини были как на подбор необузданные и кровожадные существа. И не только ревнивая Гера, методично преследовавшая многочисленных любовниц своего страстного супруга Зевса. Артемида безжалостно расстреляла из лука малолетних детей Ниобы, всех - до последнего грудного младенца. Богиня любви Афродита (Венера) унаследовала от своей предшественницы - вавилонской Иштар - не только сексуальную необузданность, но и мстительную кровожадность: разве не она довела до ужасающего исхода трагическую любовь Федры к своему пасынку Ипполиту? А совоокая Афина Паллада, которая сдирала кожу с поверженных врагов? Сладкозвучным и опоэтизированным считается прозвище Афины - Паллада. И мало кто вспоминает, что получено оно было на поле битвы, где беспощадная дева-воительница живьем содрала кожу с гиганта Палласа (Палланта), за что и была присвоена Афине кажущаяся столь поэтичной эпиклеса (прозвище) - Паллада. А перед тем Афина содрала кожу с убитой Персеем по её же наущению Горгоны Медусы и натянула трофей на свой щит - горгонион - с головой поверженной соперницей посередине.
Впрочем, у и без того неприятной истории жизни Афины Паллады была ещё более неприятная и даже непристойная подоплека. По сообщениям одного из античных схоластов, крылатый гигант Паллант был в действительности отцом Афины, а легенда о её рождении из головы Зевса да ещё в полном вооружении - позднейшая выдумка жрецов. В таком случае Паллада - как бы отчество великой богини-девственницы. Неприятное же в подлинной биографии Афины заключается в том, отец Паллант намеревался вступить с собственной дочерью в кровосмесительную связь, за что, в конце концов, она безжалостно расквиталась с гигантом. (Обо всём этом можно прочесть у Роберта Грейвса в его обширном компендиуме "Мифы Древней Греции", содержащем уникальные подробности, отсутствующие в любых других изданиях.)
Но вернемся к русским делам. Если вещую Бабу Ягу ублажить - хотя бы ласковым словом - она становится доброй, принимает сторону главного героя, охотно ему помогает, предсказывая возможные неприятности и предвосхищая благополучный конец. У неё две сестры - одна мудрее другой. Все вместе они и есть три пряхи, три богини Судьбы (то есть бывшие богини). Один из результатов их прядильной деятельности - волшебный клубочек, символ всеобъемлющего и всепреодолевающего знания, который вручается сказочному герою и приводит его к искомой цели, оберегая от неверного шага.

В некоторых преданиях, доживших до наших дней, сохранились намеки, позволяющие представлять Бабу Ягу как воительницу, богатырку и великаншу. В её арсенале есть даже волшебный Огненный Щит, что палит во все стороны, устрашая врагов. Такой она, в общем-то, и изображалась и на старинных русских лубках, не испытавших влияния позднейших художественных интерпретаций.
В данном плане образ русской демоницы во многом соответствует калевальской Лоухи, "редкозубой старухи", предводительницы северного воинства.
До конца XVIII века иногда даже проводилась параллель между Бабой Ягой и древнеримской Беллоною - богиней войны и одновременно властительницей Подземного царства.
Впрочем, уже в Словаре Даля всё расставлено по своим местам. Здесь она именуется "злым духом под личиною безобразной старухи:
" Баба-яга, костяная нога, в ступе едет, пестом упирает, помелом след заметает. Кости у неё местами выходят наружу из-под тела; сосцы висят ниже пояса; она ездит за человечьим мясом, похищает детей, ступа её железная, везут её черти; под поездом этим страшная буря, всё стонет, скот ревет, бывает мор и падеж; кто видит Ягу, становится нем".
Очень уж напоминает богиню смерти и возмездия Кали, не правда ли? Или кровожадную горную демоницу, ставшую прародительницей тибетского народа? Ведь, здесь типичное соединение положительных (благостных) и отрицательных (злокозненных) начал.
Тибетцы, как известно, ведут свое происхождение от Царя обезьян. Он был девственником и праведником. И надо же было такому случиться - влюбилась в него похотливая Горная ведьма и стала настойчиво домогаться взаимности. Типичная Баба Яга, хотя и не слишком старая! Царь обезьян стал её мужем, прижил с ней шестерых детей: они-то и положили начало тибетскому народу. Но нас в данной ситуации интересует совсем другое. Согласно ламаистским толкователям, безобразная Горная ведьма в предшествующей жизни своей была прекрасной богиней, возможно даже, - благостной и сострадательной ламаистской Мадонной - Таро. Некоторые исследователи фольклора считали, что её прообразом была северная Великая богиня. Однако, потом произошла типичная демонизация светлого облика или же (что тоже вполне вероятно) превращение доброй богини путем инкарнации в злобную демоницу. Подобные же метаморфозы могли произойти и с русской Бабой Ягой.
На Русском Севере чрезвычайно распространенным было мнение, что Баба Яга живет не в лесу в избушке на курьих ножках, а глубоко под землей. Чтобы попасть туда, нужно "просесть", и окажешься - сначала в полной тьме, а затем в светлом-пресветлом городище с улицами и домами, наполненными всяким добром, - владении вещей старухи. Такая картина рисуется в сказках, записанных в Архангельской губернии Н.Е.Ончуковым (кстати, в старину г.Архангельск назывался Новыми Холмогорами). В белорусских сказках тоже отмечается, что Баба Яга живет на Севере, среди лютых морозов.
Впрочем, народ никогда не жалел красок и для описания подробностей житья-бытья ведьмы-людоедки, как, например, в одной из сказок, записанных в Псковской губернии (Псков по-древнерусски звучал Плесков):
"<...> По улице костры, по кострам - всё головы человеческие лежат, по тыну - всё головы человечьи торчат, на крыльце - потроха человечьи валяются, в сенях - два дощана с кровью стоят, а сама хозяйка в доме лакомится человечиной..."
Жуткие подробности русской сказки мало чем отличаются от реальных событий, неоднократно описанных в разные времена очевидцами подобных сцен. Даже детали совпадают, например, с тем, что пришлось увидеть и пережить в XVI веке немецкому канониру-наемнику и искателю приключений Гансу Штадену на бразильском побережье, где он, подобно Робинзону Крузо, очутился в результате кораблекрушения. Всех его спутников элементарно съели. Сам же "солдат удачи" уцелел в результате фантастической находчивости и изворотливости, а затем на протяжении всего своего пленения был свидетелем будничного быта каннибалов, который и описал с фотографической точностью:
"В день принесения в жертву пленника, всего связанного, выволакивали на деревенскую площадь. Его тут же окружали женщины, которые его оскорбляли и всячески издевались над ним... <...> Когда же наконец ему раскалывали череп, раздавался радостный крик и свист. Если у пленника до казни была жена из местных, то она должна была проливать слезы над убитым, а потом присоединиться ко всеобщему торжеству. Старухи отталкивали одна другую, чтобы поскорее напиться теплой крови, а детям разрешалось погружать в неё ручки. Матери смазывали кровью соски, чтобы и младенцы могли почувствовать её вкус. Тело разрубалось на части, которые жарились на вертеле, а старухи, которым не терпелось отведать столь лакомого яства, как человеческая плоть, слизывали капающий с деревянной решетки жир".
Подобные эпизоды (а им несть числа) связаны не только с примитивным каннибализмом, но и с человеческими жертвоприношениями, бытовавшими во всякие времена и во всех частях света - вплоть до недавнего времени (например, некоторые районы Индии). Аналогичные явления зафиксированы и на Русском Севере - причем сравнительно недавно. Русский художник-пейзажист (ученик Шишкина и Куинджи) Александр Борисов провел много времени в экзотических и отдаленных местах Крайнего Севера. В своих очерках он приводит несколько хорошо известных ему примеров человеческих жертвоприношений, практиковавшихся у ненцев ещё в начале XX века. Чтобы задобрить высшее божество, от которого, по убеждению аборигенов, зависел промысловый успех, ему приносились в жертву человеческие головы.
Отголоски подобной "практики", имеющей общемировое распространение, сохранились и в русском фольклоре. Кому не известны, скажем, хрестоматийные причитания, перекочевавшие в детский фольклор:
Костры горят горючие,
Котлы кипят кипучие,
Ножи точат булатные,
Хотят меня зарезати.

Для современного человека, оторванного от исконных древних корней, это - всего лишь плач братца Иванушки, обернувшегося козленочком. В действительности же это отголосок древнейшей эпохи, практиковавшей жертвоприношения - причем не одних животных, но и, увы, людей. Приведенное четверостишие - дошедший сквозь тысячелетия вопль объятой ужасом жертвы. Ужас этот был так велик, что он повергает в трепет и современного читателя (слушателя), особенно - ребенка. Представляется, что и рифмованные строчки причитания сохранились от тех невообразимо далеких дней практически в неизмененном виде.
Это же подтверждает и архаичная колядка, включенная И.П.Сахаровым (1807 - 1863) в свой знаменитый сборник "Сказания русского народа":
<...> Ты, братец Иванушко,
Ты выди, ты выпрыгни!
- Я рад бы выпрыгнуть,
Горюч камень к котлу тянет,
Желты пески сердце высосали.
Ой,Колядка! Ой, Колядка!
Этот текст на первый взгляд перекликается с сюжетом и персонажем известной русской сказки о сестрице Аленушке и братце Иванушке. Однако, фактура здесь совершенно иная. Колядка донесло до нас вопль живого человека, приносимого в жертву (либо совсем маленький мальчик, либо отрок, либо неженатый юноша). Современному читателю совершенно невдомек, что устойчивое словосочетание "желтые пески", которые высасывают сердце, это ритуальный песок, на который изливается кровь жертвы.
Тот факт, что жутковатая идиома превратилась в невинную поговорку, свидетельствует, во-первых, о древности самого обряда, а во-вторых, перемешении в нём человеческих и животных жертвоприношений. Сама колядка вроде бы свидетельствует о вытеснении человеческого жертвоприношения козлиным, но из контекста так и проступает ужас человека, обреченного на заклание (к тому же и названного по имени). Вспомним, для примера, что ещё незадолго до испанского завоевания ацтеки только в один праздник плодородия вырезали в качестве жертвы Солнцу сердца у 20 тысяч (!) обреченных.
Русская Баба Яга - несомненный носитель древнейшей матриархальной символики. Её устрашающие черты - результат неизбежной демонизации поверженных былых властительниц после победы патриархального строя. Даже в её имени, судя по всему, закодирован намек на матриархальное прошлое. Никто не дал вразумительного объяснения, что такое Яга, или в фонетической транскрипции - [Й]ага. Наиболее правдоподобными представляются объяснения, связывающие имя хозяйки избушки на курьих ножках со словом "ягать" - "кричать". (В данном смысле имя великого князя литовского Ягайлы [Йагайлы; Ягеллы] - первого короля объединенной польско-литовской Речи Посполитой и родоначальника династии Ягеллонов - означает "горлопан", "ругатель", а в ещё более точном смысле - "матершинник".
Проводились санскритские параллели: слова "йага" и "йога" идентичны по вокализации и, следовательно, Йагу можно интерпретировать как Йогиню - вещую колдунью и волшебницу.
Допустимо также предположить, что русское утвердительное восклицание "ага!" также как-то связано с именем Йаги. Возможно, когда-то оно означало обычное матриархальное приветствие или здравицу в честь Великой богини Йаги. Наподобие ведийскому восклицанию "Сваха!" ("Да будет Благо!", "Во здравие!"). Или же вроде самого знаменитого и крепкого русского ругательства, поминающего мать: учеными давно установлено, что первоначально оно означало всего лишь ПРИВЕТСТВИЕ, фиксирующее принадлежность к данному материнскому роду.
Как и в других персонажах, в образе Бабы Яги прежде всего закодирован скрытый, тайный смысл русской волшебной сказки. Даже развитие сюжета, как правило, напоминает путешествие не только в пространстве, но и во времени, причем в обратном направлении - от патриархата (абстрактный царь и его сыновья) к матриархату. Маршрут героя за тридевять земель в тридесятое царство, кстати, также допустимо трактовать как путешествие во времени, скажем, как продвижение в глубь тридцати поколений или династий.
В царстве Бабы Яги властвуют, как правило, представительницы женского пола - Баба Яга, её сестры и её дочери. Об их мужьях, между прочим, почему-то вообще не упоминается. Подобная ситуация хорошо известна историкам первобытного общества. Она полностью соответствует беспорядочным и неконтролируемым половым связям, присущим матриархату, когда установление отцовства становится проблематичным, а следовательно - и ненужным. Отсюда и неудивительно, что и число дочерей Бабы Яги может превышать цифру 40, как, например, в популярной сказке из афанасьевского Сборника о Заморышке.
Имеется ещё одна вероятная трактовка имени Бабы Яги. Имя Йага вполне может быть сопряжено с названием загадочной подземной страны Агарты. Как уже отмечалось, в некоторых северорусских сказках Баба Яга - хозяйка подземного царства и живет под землей.
Но не менее интересен и другой аспект проблемы. Значение лексемы "ага" связано вовсе не со злым, а с добрым и благостным началом. Достаточно вспомнить, что означают русские имена с этим корнем греческого происхождения: Агафон (переводится - "добрый", "благостный") и Агафья (Агата) (переводится - "добрая", "хорошая"). Есть и ещё более редкие и экзотические имена, но зато не менее показательные: Агапа (что значит "любимая") и Агап (полное имя - Агапион или Агапит, что значит "любимый"). Все имена созвучны, но происходят от разных греческих слов: agathos - "добрый", "хороший"; agathe - "добрая", "хорошая" (от agathon - "добро, благо"); agape - "любовь" (от agapao - "любить"). Это лишний раз подтверждает выдвинутое предположение, что Йага как великая богиня первоначально была наделена не только отрицательными, но и многими положительными чертами и вообще, как и положено, представляла собой классическое воплощение женского начала со всеми его функциями и атрибутами.
Сказанное косвенно подтверждает и вторая часть названия подземной страны Агарты. Метод археологии языка и реконструкции смысла приводит к следующим выводам.
Если проанализировать фонетический субстрат RT, то он вполне сопрягается с санскритскими словами rata ("наслаждение" в смысле удовольствия) и rati ("наслаждение" в смысле сладострастия). РАТИ - имя древнеиндийской и современной индуистской богини любви, сексуального наслаждения и изысканного сладострастия.
Она дочь злокозненного демона Мары и жена бога любви Камы (в честь него создан знаменитый эротический трактат "Камасутра") и во многом напоминает свою ближневосточную сестру - необузданную и ненасытную богиню Иштар, но Рати менее кровожадна и более утонченна.
Взгляните на изображение общеарийской богини любви и сексуальной страсти. Быть может, когда-то именно так выглядела и русская Баба Яга. Однако, в дальнейшем при дифференциации этносов, языков и культур, а также при смене идеологических доминант и мировоззренческих парадигм произошла демонизация образа Великой богини и превращение её в злобное и зловредное существо.
Доказательства прошлых сексуальных функций Бабы Яги можно отыскать, как бы это странно не показалось на первый взгляд, в джунглях Амазонки. Дело в том, что популярная русская сказка "Гуси-лебеди" с выслеживанием и преследованием Бабой Ягой мальчика и кульминационным перегрызанием ею дуба, самым неожиданным для современного читателя образом повторяет сюжетную линию в сказках и мифах южноамериканских индейцев. Разница лишь в том, что южноамериканская ведьма занимается сексуальными домогательствами, а дерево, где спасается герой, пытается перегрызть с помощью зубастых гениталий. По мнению исследователей, в южноамериканском мифе закодированы некоторые характерные особенности, присущие матриархальным отношениям, и точно такой же смысл был первоначально заложен в русской сказке (что лишний раз подтверждает общность культурных, мифологических и языковых корней всех народов мира).
Память о былом языковом единстве и, возможно, о богине любви Рати сохранилась в современном русском языке. Слово "рачительный" в нынешнем понимании означает "старательный", "заботливый", "усердный". Образовано оно от древнерусского слова "рачити", означавшего "любить" и "желать". До недавнего времени и на протяжении всей истории русской письменной культуры слово "рачительный" означало прежде всего "любовный", "прекрасный", "восхитительный". Соответственно, "рачитель" значило "любовник"; "рачительница" - "возлюбленная"; "рачительство" - "любовь", "страсть", "влечение" (в одной древнейшей переводной рукописи про сладострастие Афродиты сказано : "Афродитею же желание и рачительство нарекоша"). Нетрудно догадаться, что все перечисленные слова происходят из одного праязыкового источника, общего и для санскритского слова rati, и для имени богини Рати (только за многие тысячелетия самостоятельного языкового развития звук "т" превратился в "ч").
Таким образом, исходя из всего предпринятого лингвистического и семантического анализа, можно предположить, что в основе названия страны Агарты лежит понятие "любовь", причем в удвоенном, продублированном выражении, так сказать, "любовь в квадрате".
(по материалам работ В.Н.Дёмина)
(Цитата сообщения В. Косова на Ли.ру).
Tags: Баба Яга, интересное, история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments